4) В США ВЫШЛА В СВЕТ КНИГА, РАССКАЗЫВАЮЩАЯ ОБ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ ПОБЕГА
4) В США ВЫШЛА В СВЕТ КНИГА, РАССКАЗЫВАЮЩАЯ ОБ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ ПОБЕГА
ЗНАМЕНИТОГО БАЛЕТНОГО ТАНЦОВЩИКА РУДОЛЬФА НУРЕЕВА.
98.10.08
НЬЮ-ЙОРК, 8 октября. /Корр.ИТАР-ТАСС Алексей Агуреев/.
"Нуреев и его жизнь" - вышедшая в США книга со столь
интригующим названием не может не привлечь к себе внимания даже
тех, кто не любит балет. Дело в том, что автор нового
произведения Диана Солуэй, на основе более чем 200 интервью с
друзьями, коллегами и знакомыми знаменитого танцовщика,
документов КГБ и ЦК КПСС, хранившихся ранее под грифом
"секретно", пожалуй, впервые смогла нарисовать ясную картину
тех обстоятельств, которые привели Нуреева к решению остаться
на Западе.
Была ли это заранее спланированная акция или же спонтанное
решение загнанного в угол человека, каприз избалованного
богемным образом жизни танцовщика или единственный выход из
создавшейся ситуации? Наверняка, немало людей задавались такого
рода вопросами. И только сейчас автор новой книги смогла
показать, что принять столь тяжелое для него решение Нуреева
вынудили сотрудники спецслужб.
По версии автора события развивались следующим образом.
23-летний танцор прибыл на гастроли в Париж в составе труппы
Кировского театра в 1961 году. Затем, как подчеркивается в
докладной записке КГБ, направленной в ЦК за подписью Шелепина,
он познакомился с представителями "артистической богемы",
"грубо нарушал дисциплину, игнорировал интересы коллектива,
систематически проводил время со своими новыми знакомыми,
возвращаясь в отель поздно ночью". "В начале июня, когда
поведение Нуреева стало невыносимым, - отмечается в записке,-
заместитель директора балетной труппы Стрижевский /сотрудник
КГБ, как уточняет автор книги/ выступил с предложением о
досрочной отправке его из Парижа домой".
Это предложение, полагает автор, не было выполнено сразу
лишь благодаря сотрудникам советского посольства в Париже. Как
свидетельствует книга, они ясно видели, что творчество Нуреева
способствовало улучшению восприятия французами образа СССР, и
поэтому отправка его домой была отложена до момента окончания
гастролей театра. Из Парижа балетная труппа должна была
отправиться в Лондон, но в аэропорту Нурееву сообщили, что он в
Лондон не поедет, а полетит в Москву, "к больной маме".
Что значило в начале 60-х годов для молодого артиста балета
быть отозванным с гастролей объяснять не надо. Не нужно было
объяснять этого и Нурееву, который понял, что заграница для
него отныне закрыта, а, быть может, настал конец и всей его
карьере, отмечает Солуэй. Поздние возвращения в гостиницу и
встречи с девушками из парижской богемы не прошли ему даром. И
тогда, подчеркивается в книге, Нуреев принимает решение
остаться на Западе.
В книге о Нурееве немало и других интереснейших фактов.
Так, оказывается, на заочном судебном процессе адвоката для
танцовщика нанял его бывший учитель Александр Пушкин.
Примечательно и то, что несколько лет спустя Нуреев обучал
искусству танца другого "невозвращенца" Михаила Барышникова.
Интересен и тот факт, что офицер пограничной охраны в парижском
аэропорту, к которому Нуреев обратился с просьбой приютить его,
оказался русским, сражавшимся в годы гражданской войны в России
в белой армии. Этот человек по имени Григорий Алексинский,
узнав, кто обращается к нему, решил не говорить ни слова
по-русски. Он опасался того, что если о его национальности
узнают газетчики, то это станет доказательством существования
заговора с целью помочь Нурееву бежать на Запад, которого, на
самом деле, не было.