1. МАРЛЕН ДИТРИХ: ЖЕНЩИНА-ВАМП НОМЕР ОДИН
1. МАРЛЕН ДИТРИХ: ЖЕНЩИНА-ВАМП НОМЕР ОДИН Воспоминания и размышления дочери стоили ей жизни Анна Вербиева Мария Рива. Моя мать Марлен Дитрих. - СПб.: Лимбус Пресс, 1998, т. 1 - 448 с., т. 2 - 400 с. САМАЯ скандальная биография Марлен Дитрих написана человеком, знавшим актрису лучше всех, лучше ее самой, и написана с той откровенностью, с которой после третьего стакана общаются в поезде случайные попутчики. Мария Рива изложила жизнь матери с преданностью любящей дочери и язвительностью бывшей лучшей подруги. "Выдающиеся мужчины теряли голову из-за Дитрих так часто, что это давно перестало вызывать удивление. И надо честно признать: парадоксальное сочетание редкой красоты с на редкость отточенным умом всегда неотразимо". О, великие, умирайте бездетными! Дочь переписала весь интим матери, словно позиции бухгалтерской ведомости: романы с Ремарком, Жаном Габеном, Фрэнком Синатрой и многими другими, не лишив читателя и единичных встреч - наподобие сеанса орального секса с Бернардом Шоу. Характерно что, "она предпочитала оральный секс, что давало ей возможность вести сцену. К тому же считалось, что европейские женщины очень искусны по этой части. Еще Дитрих обожала импотентов". Кроме того, уместно упомянуть ее роман с Эдит Пиаф и то, что какое-то время они с Гретой Гарбо делили одну любовницу. Кстати, о Бернарде Шоу. Эпиграфом к биографии могли бы стать его слова о том, что даже высшие классы производят себе подобных. Великий насмешник издевался над обожествлением широкой публикой своих кумиров, приписыванием им некоей бестелесности и небесной чистоты. Дочь предельно приземлила Марлен Дитрих; остальной мир, за исключением "живых легенд", чувственное обжорство в отношении которых, судя по книге, превратилось у Марлен Дитрих практически в сексуальный конвейер, соответственно ушел под землю. События XX века излагаются примерно так: где-то затонул огромный пароход, где-то в Америке в день какого-то святого перестреляли гангстеров, в Америке миллионеры выбрасываются из окна, доктор сказал, что у ребенка кривые ноги. Справедливости ради, надо заметить, что "все, чего Дитрих хотела, в чем нуждалась, чего жаждала, это Романтики - Романтики с большой, огромной буквы, - признаний в абсолютной преданности, лирической страсти. Сопровождающий это секс она принимала лишь как неизбежное бремя, которое женщинам приходится претерпевать". Она, работая во время Второй мировой войны во фронтовой бригаде, не отказывала солдатам с передовой, но отрицала связь с Хемингуэем, который навсегда остался для нее храбрым военным корреспондентом, рыцарем без страха и упрека. Степень близости определялась не желаемым, но должным. В 1963 году, как свидетельствует дочь, Марлен Дитрих похвасталась зятю следующим образом: "Она полезла в свой огромный черный саквояж из крокодиловой кожи, вытащила оттуда розовые трусики и с ликующим криком сунула ему под нос: "Понюхай. Это он! Президент Соединенных Штатов! Он... он был... изумителен!" Мой муж переехал в отель". Марлен Дитрих была эгоистичной, великой, мелочной, самоотверженной, вспыльчивой, простодушной, практичной, остроумной, чувственно раскованной и бисексуальной. Основу имиджа для нее создал первый любовник, разумеется, киношник. "...Играть на вульгарности, не заражаясь ею... возбуждать и интриговать публику... и чтобы при этом не терялась отстраненность истинной аристократки". На протяжении более пятидесяти лет всех женщин мерили по ее стандарту, а все мужчины желали, чтобы она принадлежала им. Откровенность исповеди Марии Ривы спровоцирована тем, что биография матери была для нее последней отчаянной попыткой перерезать пуповину, показать себя отдельной личностью. Давление ауры Дитрих на дочь оказалось таковым, что наиболее яркой характеристикой последней в книге являются слова: "Я была двадцатилетней пьяницей". Быть сыном или дочерью великой личности - тяжкий труд. Нам известен другой случай - взаимоотношения Марины Цветаевой и Мура. Тогда сыну в конечном счете было достаточно произнести одну-единственную фразу; Марии Рива потребовалось написать огромный труд. И наконец о том, чего в книге не хватает. Марлен Дитрих говорила, что любит Россию, такую таинственную, такую ненормальную. Белое пятно книги - ее тур по СССР в 1964 году. Дитрих восхищал почет, которым окружены артисты в нашей стране. Не меньше восхищало и прошлое этой страны. "В тот день она была в очень хорошем настроении. - Папи... (так Дитрих называла своего эрзац-мужа) а Екатерина Великая разве не была лесбиянкой? Наверное, была. Она не могла бы так править Россией, если бы была нормальной". (С) "Ex Libris НГ" (ELНГ), электронная версия приложения к "НГ" (ЭВELНГ). Номер 035 (56) от 10 сентября 1998 г., четверг. Полоса 4.